Как «сделать бизнес» на селе

В этой статье мы поговорим о том, как сельским жителям можно достичь материального благосостояния, трудясь на земле. Речь пойдет о мелитопольском фермере Анатолии Григорьевиче Довгане и о польском фермере Ежи Сверчек. Оба они добились успеха в своем деле, чего желают и нашим читателям, делясь с ними нажитым опытом и давая практичные советы о том, каким же образом можно заработать деньги на селе.

Именно так действует польский фермер Ежи Сверчек из села Барлевички в Поморском воеводстве. Взял у государства землю и начал на ней трудиться. Было это более 10 лет назад, не в особо благоприятное для этого время. Имел 60 гектаров земли, сейчас там хозяйничает сын. Другой его сын также пошел отцовской дорогой – обрабатывает землю, в его хозяйстве 700 гектаров. Сам отец продолжает свое нелегкое, но нужное дело, как принято говорить в народе, «пашет» изо всех сил. Уже в другом месте он получил 570 га земли. Использует ее так: по 200 га отведено под пшеницу и рапс, на 40 выращивает зеленый горошек, на 35 кукурузу, на 25 – сахарную свеклу, остальное занимают луга и пастбища для скота. А скот у него отличный. Пан Ежи содержит крупный рогатый скот: в прошлом году у него было 180 голов, из которых коров насчитывалось 80. За год в среднем от каждой коровы надаивает 10 260 литров молока. Работает не кое-как, не случайно в 2004 году именно его хозяйство было признано лучшим в Польше. Подобный успех обуславливает ряд рациональных хозяйственных мер. Во-первых, содержатся и эксплуатируются коровы только высокой селекции. Во-вторых, в отличие от других фермеров, он не увлекается активным кормлением животных соей, что снижает, по его мнению, племенные качества, а кормит тем, что выращивает сам. А урожаи получает такие, что на Украине они практически и не снились. Так, к примеру, пшеницы собирает 12 тонн с гектара, и если подсчитать, что только на этой зерновой культуре фермер ежегодно имеет где-то около 200 тыс. евро. Тем не менее, наибольшая гордость хозяйства – его скот, то есть молочные коровы породы гольштейн. Средний теленок этой породы при рождении весит 36 кг. Выращивает молодняк пан Сверчек по таким правилам: теленок должен иметь свободный доступ к высококачественному первому корму (помимо молозива и молока) где-то через три дня после рождения. Сначала ему кладут размолотого зерна – горсточку, не больше. Кормушку ежедневно моют. То, что вычищается из нее, не пропадает, поедается животными старшего возраста. Со временем порции корма увеличиваются. А еще молодняк имеет свободный доступ к воде. Это также способствует увеличению ежедневного поедания корма. О ценности породы, выбранной Ежи, свидетельствует и тот факт, что именно из клеток, взятых из уха его коровы Менди, породы гольштейн, рекордсменки по надоям, вырастили клона. В Израиле же завезенный из Канады и модернизированный гольштейн дает в год по 11 тысяч литров молока, т.е. по одиннадцать тонн.

Правда, с молоком в Польше силь¬но не разгонишься, в связи с тем, что существует «эсовская» квота -должно производиться не более миллиона литров за день. Хозяйство пана ежи Сверчека дает 700 кг. Реализуется молоко по цене 1 злотый (0,25 евро) за литр, в гривнях - 1 грнвня 60 коп. выходит. При том, что
у их производителей чем жирнее молоко, тем дешевле ценится (в Европе ныне гонятся за белком в молоке). Поэтому фермер тщательно следит и за этим показа¬телем.

Совместно с представителями на¬уки одного из польских университе¬тов фермер работал над одним важ¬ным экспериментом - переработка от¬ходов животноводства в высококаче¬ственный компост. Получил специаль¬ную машину, которая стоит 80 тыс. евро. Суть проекта а том, что навоз, складированный в кучи, эта машина несколько раз «переколачивает», в результате чего происходит быстрое превращение навоза в торф. Сколь¬ко раз требуется перемешать тот на¬воз, зависит от ряда факторов и тем¬пературы воздуха, в первую очередь. Как правило, делается это 4 раза. В результате получается компост, очень эффективный, 300 килограммов которого заменяет тонну обычного навоза. Внедрение данного проекта идет за счет инвестиций, безусловно. В свое время австрийцы переняли его у американцев, а потом выделили деньги, в частности и этому поляку, на эксперименты для внедрения такой новейшей технологии. К слову, техника работает очень быстро, 20 минут ей требуется, чтобы проехать кучу навоза диаметром 200 метров. Правда, с завершением прошлого года перестал работать и этот про¬ект. Однако «вкус», как го¬ворят, от опробования уже остался, поэтому дело стоящее и перспектив¬ное, это считает сам Ежи. Хотя у пана Сверчека есть целый арсенал со¬временных агрегатов: три «Джон Дира», «Класс», шведская сеял¬ка, которая, выполняя все нужные операции, на протя¬жении ра¬бочего дня может обработать свыше 20 гектаров.

Так вот и живет фермер пан Ежи Сверчек. Отец чет¬верых детей. Трое сыновой уже взрослые, дочь еще учится в ли¬цее. А хлопцы -старший и млад¬ший - фермеры, средний - конст¬руктор, моделиру¬ет агрегаты для НАТО, чем отец очень гордится.

Сам глава семьи тоже не лыком шит - имеет три обра¬зования, после¬днее из которых - зоотехническое. Для него серьез¬ное увлечение животноводством со¬всем не лишнее. Ежи по натуре боль¬шой энтузиаст, понимает значение животноводства в общей системе сельскохозяйственного производ¬ства, а потому, надо полагать, на эк¬спериментах с навозом не остановит¬ся, а будет искать другие интересные ноу-хау.

Вот так и работают два фермера, два энтузиаста в сельхозпроизводстве, влюбленные в землю, знающие цену животноводству и передающие эти чувства своим потомкам. Разница лишь в том, что условия работы для каждого из них разнятся до на¬оборот: у одного - препятствия на каждом шагу, другой же может спо¬койно осуществлять свои планы.

Утверждение Анатолия Довганя, приведенные выше, о том, что в Ук¬раине нет агрополитики как таковой, наглядно проявилось на прошедшем недавно Всеукраинском съезде сель¬хозпроизводителей всех форм соб¬ственности. Участник съезда Виктор Барков из с. Елизаветовка Сакского района АР Крым, делясь впечатлени¬ями, отмечает, что лично у него съезд вызвал гнетущее чувство безысход¬ности. Оказалось, говорит он, что ук¬раинский сельхозпроизводитель и ру¬ководители страны, представленные в лице премьер-министра, министра АПК и головы аграрного комитета ВР Гладил, видят и оценивают существующее положение села диаметрально противоположно.

Все выступающие на съезде деле¬гаты как один оценили реформы на себе как геноцид, сравнив нанесен¬ный ущерб с нашествием гитлеров¬цев, что было подтверждено цифра¬ми и фактами. Виктор Барков вспоминает слова самого пожилого деле¬гата из Ровенской области, обращен¬ные к руководству страны: «С моло¬ком какой матери вы впитали лютую ненависть к украинскому селу?» На правах старшего по возрасту ровенский делегат осмелился, наконец, оз¬вучить вопрос, который так или ина¬че многие годы терзает страну и му¬чает преобладающее большинство жителей села. Но власть не захотела слышать народ. На повышенной тоне ее представители стали доказывать и разъяснять правильность выбранного курса. Ссылаясь на США, где фермеры составляют лишь 4% населения, а кормят всю страну, они твердо по¬обещали делегатам продолжать ре¬формы (читай, добивать село). По всему залу шел ропот, приправлен¬ный солеными мужскими словами.

Делегатов съезда особенно возму¬щало предстоящее вступление в силу закона, позволяющего продавать зем¬лю. Тот же Виктор Барков говорит, что его как фермера мучает вопрос, а так ли уж необходима частная собственностъ на землю? Дайте землю в пользование, продолжает он, и пусть ее обрабатывают столько, сколько смогут. Тогда не будет самозахватов и желания на халяву разбогатеть в одиночестве. А для получения креди¬тов следует создать Государственный банк, и кредитоваться сельхозпроиз¬водитель должен из него, поскольку задачи, решаемые им, государствен¬ной важности. А где взять капиталы для его создания, вот над этим пусть и думают государственные мужи, если, конечно, осталось у них хотя бы чуточку жалости к обездоленным и по¬лунищим селянам.